| |
| Наступила осень. Насколько банально это изречение, настолько же открытыми становятся души и сердца наши для ее дождей, ливней и гроз, шуршащей под ногами травы и спелых желудей. Год от года это повторяется, и ничто не может помешать осени каждый раз овладевать нами, как овладевают трепетные влюбленные своими ветреными подругами - страстно и самозабвенно, даря себя без остатка, закрывая глаза на наши непостоянство и изменчивость, целуя в глаза жаркими лучами бабьего лета, холодя позвоночник первым снегом и кидая в пучину разноцветного листопада. | |
|
| Во всем мне хочется дойти
До самой сути.
В работе, в поисках пути,
В сердечной смуте.
До сущности протекших дней,
До их причины,
До оснований, до корней,
До сердцевины.
Всё время схватывая нить
Судеб, событий,
Жить, думать, чувствовать, любить,
Свершать открытья.
О, если бы я только мог
Хотя отчасти,
Я написал бы восемь строк
О свойствах страсти.
О беззаконьях, о грехах,
Бегах, погонях,
Нечаянностях впопыхах,
Локтях, ладонях.
Я вывел бы ее закон,
Ее начало,
И повторял ее имен
Инициалы.
Я б разбивал стихи, как сад.
Всей дрожью жилок
Цвели бы липы в них подряд,
Гуськом, в затылок.
В стихи б я внес дыханье роз,
Дыханье мяты,
Луга, осоку, сенокос,
Грозы раскаты.
Так некогда Шопен вложил
Живое чудо
Фольварков, парков, рощ, могил
В свои этюды.
Достигнутого торжества
Игра и мука -
Натянутая тетива
Тугого лука.
Вслушайтесь в эти стихи. Это настоящая, прекрасная музыка! Каждое слово живое и играет! | |
|
| Здравствуйте, здравствуйте!
Погода нынче не балует нас. Каждое утро мы встаем с мыслью: ах, как было хорошо месяц-другой назад, когда голубые адриатические волны неторопливо набегали на полупустые пляжи, и мы могли себе позволить окунуть наши незагорелые московские ноги в этот чудесный золотистый прибой... Какая сладкая леность охватывала нас, не отпуская и не отдавая в руки оставленным далеко позади пробемам и суете большого города! А теперь лишь унылые снежинки на подоконнике напоминают об этой славной поре. Да и то, не напоминают, а лишь рождают в уставших головах слабую аналогию: уснувшая вода. Застывшая капелька жизни in riva al mare. Мы с ней остались в недалеком прошлом, а тем временем наши тела ушли на новый виток. И так пока не завершится спираль. | |
|
| Когда б хоть раз так в сердце тихо стало...
И все случайное, все, что мешало,
все приблизительное, хохот рядом,
все чувства с их неугомонным адом,
я смог бы выгнать бодрствующим взглядом.
Тогда б я мог Тобой, единым садом
тысячелистным, на краю Вселенной -
на миг улыбки мимолетной - стать,
чтоб жизни всей вернуть Тебя мгновенно,
как Благодать.
* * *
Тебя деянье возвестит
и свет перстов земной...
а смысл немного погостит
и рвется в мир иной.
Ведь смысл, он - размышлений плод,
лишь краешек надкусит тот,
кто мыслит до конца.
Но - чудный дар Ты, Твой приход
настигнет беглеца.
Ты вновь безмолвием речист,
не все ль равно - где Ты.
Все записал Евангелист,
забыв, что пуст простор и чист,
но в нем - Твои черты.
Все крепче я в пути моем,
все тверже тропы тьмы.
А коль друг друга не поймем -
кто друг для друга мы? | |
|
| * * *
Пары сгущая в алый кокон, —
Как мудрый огненный паук,
Ткет солнце из цветных волокон
За шелковистым кругом круг.
И тяжким тяготеньем сбиты,
И в жидком смерче сгущены,
Всего живущего орбиты
И раскаленны и красны.
И ты, мой дух слепой и гордый,
Познай, как солнечная мгла,
Свой круг и бег алмазно-твердый
По грани зыбкого стекла.
Плавь гулко в огненном удушьи
Металлов жидкие пары
И славь в стихийном равнодушьи
Раздолье дикое игры! | |
|
| Ласточка
Славно ласточка щебечет,
Ловко крыльями стрижет,
Всем ветрам она перечит,
Но и силы бережет.
Реет верхом, реет низом,
Догоняет комара
И в избушке под карнизом
Отдыхает до утра.
Удивлен ее повадкой,
Устремляюсь я в зенит,
И душа моя касаткой
В отдаленный край летит.
Реет, плачет, словно птица,
В заколдованном краю,
Слабым клювиком стучится
В душу бедную твою.
Но душа твоя угасла,
На дверях висит замок.
Догорело в лампе масло,
И не светит фитилек.
Горько ласточка рыдает
И не знает, как помочь,
И с кладбища улетает
В заколдованную ночь.
1958 | |
|
| Готовясь к завтрашней выставке, совершенно упустил из виду одну маленькую деталь: Андрею ничего не поставят и никуда не допустят, пока он не закроет зарубежную литературу. Андрюха, держись! Мы верим в тебя и очень ждем завтра! Покажем всем настоящую АНП =) | |
|
| В библиотеке
М.Кузмину
О, пожелтевшие листы
В стенах вечерних библиотек,
Когда раздумья так чисты,
А пыль пьянее, чем наркотик!
Мне нынче труден мой урок.
Куда от странной грезы деться?
Я отыскал сейчас цветок
В процессе древнем Жиль де Реца.
Изрезан сетью бледных жил,
Сухой, но тайно благовонный…
Его, наверно, положил
Сюда какой-нибудь влюбленный.
Еще от алых женских губ
Его пылали жарко щеки,
Но взор очей уже был туп,
И мысли холодно-жестоки.
И, верно, дьявольская страсть
В душе вставала, словно пенье,
Что дар любви, цветок, увясть
Был брошен в книге преступленья.
И после, там, в тени аркад,
В великолепьи ночи дивной
Кого заметил тусклый взгляд,
Чей крик но слышался призывный?
Так много тайн хранит любовь,
Так мучат старые гробницы!
Мне ясно кажется, что кровь
Пятнает многие страницы.
И терн сопутствует венцу,
И бремя жизни — злое бремя…
Но что до этого чтецу,
Неутомимому, как время!
Мои мечты… они чисты,
А ты, убийца дальний, кто ты?!
О, пожелтевшие листы,
Шагреневые переплеты!
| |
|
| А вот и я.
Завел себе ЖЖ. Буду теперь и здесь. | |
|
|
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
kirill_sokolov's journal